Семейные ценности семьи Алексютиных из Рогнединского района

---

Всего раз в жизни Татьяна Васильевна побывала в санатории. И то не c охотой — дом, хозяйство, скотина на подворье: куда ехать, зачем? И на кого всё бросать? Вместе с мужем отправляют их в санаторий, в «Затишье», под Клинцы куда ...

Всего раз в жизни Татьяна Васильевна побывала в санатории. И то не c охотой — дом, хозяйство, скотина на подворье: куда ехать, зачем? И на кого всё бросать? Вместе с мужем отправляют их в санаторий, в «Затишье», под Клинцы куда — то: чуть не силком путёвки в профкоме вручили: езжайте, и всё тут, вам положено, не портите отчётность. А за хозяйством бабка присмотрит — вы не на год отправляетесь, на две недели всего, не убудет со двора вашего.

И они поехали… А через неделю домой засобирались — соскучились по дому, спасу нет. И хорошо в санатории, грех жаловаться — а душа не на месте: будто от чего родного оторваны. Так и возвратились раньше времени — и рады были радёшеньки: ничего в жизни не надо, а подай эту родимую калитку, порожек деревянный, да рябинку под окном… И больше они никуда и никогда дальше деревни не уезжали — и возможности такой уже не было — дети народились один за другим, и главное — не хотелось никуда уезжать, ни на один день — им в деревне всегда было хорошо…

И теперь хорошо: улыбается Татьяна Васильевна Алексютина тихому счастью праведной, уютной старости. Всегда по совести жила — дом, семья, работа. В Снопоте родилась, выросла, школу закончила, замуж вышла, детей вместе с мужем, незабвенным Павлом Фроловичем, вырастила — и всё у них всегда было дружно, ладом, миром, с большим уваженьем друг к другу. Давно уже помер Павел Фролович — болел перед тем тяжело, ноги ему ампутировали, намучился вволю. Но ко Господу отошёл с мирной душой: дом крепкий, тёплый, благоустроенный, долгов никаких нет — за бабушку переживать нечего. И не одна она, присмотрена, дети, внуки есть — приедут, помогут, позаботятся. Словом, покинул юдоль земную со спокойным сердцем. Теперь на погосте, рядом с родителями — а своей Татьяне Васильевне завещал не торопиться, и жить долго… Татьяна Васильевна, конечно, не торопится, но когда придёт час, велела похоронить её рядом со всей роднёй, чтобы малая родина их всех приняла в свои объятия…

… Живёт она с удовольствием, каждому дню радуется, и о жизни своей рассказывает с увлечением — если бы, говорит, можно было поворотить всё назад, всё сначала начать, то ничего менять бы не стала, точно так бы прожила, день в день… Работать Татьяна Васильевна начала со школьных лет — помогала семье лишней копейкой. Отец на фронте погиб, мать одна осталась с двумя детьми на руках — и по дому, и в колхозе дел невпроворот. Чуть повзрослев, Татьяна трудилась в полеводческой бригаде, потом санитаркой в медпункте, потом заприметил её будущий муж — осенью 1959 года свадьбу сыграли: шумно, весело, щедро. Колхоз и деньгами помог, и убоинкой для стола. А вскоре колхозное правление жильё молодой семье предоставило — крепкий, новый, добротный дом: всю жизнь они прожили в этом доме, детей в нём вырастили, и по сей день Татьяна Васильевна в его стенах свой век доживает.

Павел Фролович до пенсии колхозным шофёром трудился, супруга — почти двадцать лет телятницей на ферме. Понятно, что была она передовиком, грамот и благодарностей наполучала. Самовар однажды подарили, а в другой раз — отрез на платье. И муж не отставал, с доброй совестью, усердием похвальным к работе относился: ценило руководство чету Алексютиных, и односельчане уважали их, как людей отзывчивых и скромных. Жизнь в деревне легкой не бывает, каждодневно в трудах и заботах, но тем радостней, долгожданней были выходные и праздники. Маёвки, например, или День труда в Сокольем Бору, или престольные празднования в честь иконы Казанской Божией Матери — сколько сохранялось в людях душевной общности, веселья, доброжелательности: словно собиралась одна большая семья, где все рады друг другу, где каждый человек и дорог, и ценен…
Чем теперь заполняет дни свои Татьяна Васильевна? Наверное, осознанием того, что она не одна, не одинока, и одинокой никогда не будет. И дом её, и двор тщательно, аккуратно ухожены, всё м обкошено кругом, цветочные клумбы на загляденье — значит, не оставляют её дети. Сын и двое дочерей у Татьяны Васильевны, внуки и правнуки… Надежда её и опора. Чуть что — звонят, спрашивают: не надо ли чего, особенно из лекарств, или, быть может, по огороду помочь, по дому убраться… Да, всё это надо, и они приезжают, проведывают, по всей усадьбе лоск наводят, чтобы бабушке жилось красиво.

Закреплён за Татьяной Васильевной и социальный работник — местная жительница: она всегда неподалёку, приходит регулярно, волноваться не о чем. Соседка тоже часто заглядывает — есть с кем поговорить. А поговорить, повспоминать очень хочется, обо всём. Долгая жизнь за плечами — шутка ли, восемьдесят один год. Жизнь долгая, а пролетела на удивление быстро, кажется, и вспоминать особо нечего, а подумаешь — нет, всё — таки богата жизнь, и если оглядывать её снизу вверх, как высотное здание, то и навзничь опрокинуться можно…

Больше всего Татьяна Васильевна любит порассказать о родной деревне. Послушать её, так нет и не было на свете села дороже, краше и милее, чем её, от века родимый, Снопот. Вся жизнь её тут, и сама она вся здесь, и навсегда, говорит, здесь останусь, у своих околиц, рядом с дорогими людьми:
— Пожила, слава Богу, порадовалась на белый свет, потрудилась, песен на праздничках попела — всегда я частушки любила, много русских напевов знала, и сейчас не забыла. Эх, какая прежде наша деревня была — широкая, привольная, многолюдная. Все с надеждой какой — то жили, с радостью. И всем сердцем верили, что завтра жизнь будет ещё лучше, и с каждым днём всё лучше и лучше. Вот это было главным и самым — самым важным: с этим и шли мы по жизни, искренне верили этому, этим и счастливы были…

Николай Логвинов
Фото автора и из домашнего архива семьи Алексютиных